Твой дом

mso0Oq4sXWY

 

Они уже давно за ней наблюдали. Только дилетанты лезут в чужую квартиру наобум, надеясь на госпожу удачу. Чтобы поймать рыбку покрупнее — нужно подготовить соответствующий спиннинг. Красивая девушка с богатыми родителями, живет одна и преимущественно сидит дома. В редкие моменты выходит ближе к ночи, направляется к набережной, достает книгу, наушники и читает под нежный шум реки и любимой музыки.

План простой как финская табуретка: выждать, когда она пойдет к набережной, залезть в ее квартиру, украсть ценности (а они, несомненно, там есть). Для безопасности один будет за ней следить, второй — залезет в квартиру. Идеи гениальны всегда, хромает только реализация.

Он проснулся с мыслью, что сегодня важный день. Первое серьезное дело. После этого появятся деньги, а там, небось, и жизнь другая. Сложно открывать глаза и не чувствовать возле себя теплого тела, когда больше всего в этом нуждаешься. Начинать свой день, не зная, ради кого и чего живешь. Но еще сложнее засыпать, согреваясь только подушкой и одеялом. И даже летом, когда снимаешь с себя все, когда жара сушит до предела, внутри все равно остается уголок, который может согреть только любимый человек. И ничто иное.
Временные связи давно уже осточертели. Отдавать часть себя, кусок своей души человеку, который завтра исчезнет (или захочется исчезнуть самому) — глупо.

Однажды на его груди лежала девушка, с которой он был знаком всего пару дней. Так вышло, что сблизились слишком быстро, не замечая того, что движение было в разные стороны. Она просила его говорить, говорить о чем нибудь и бесконечно долго, пока она не уснет. А он решил рассказать о своем детстве. Как же он тогда говорил! Вынул из себя все, что было. Поделился, не жалея. Он говорил, как будто писал художественную книгу, говорил красиво и откровенно. Беззаботное детство. Веселые школьные годы. Пьяная юность. Когда рассказываешь о чем-то впервые, ловишь себя на определенных моментах, удивляешься, что об этом не думал, позабыл. А через несколько дней связь прервалась. И больше всего он жалел, что поделился такой огромной частью жизни, такими важными словами с человеком, который ничего для него не значит. Выйдет ли рассказать также откровенно второй раз? И стоит ли? Он верит, что вырывая из себя что-то, отдавая другому человеку — мы делимся этим навсегда. По всему миру ходят кусочки нашей жизни, собрать их невозможно, только дополнить, увеличить число. Дарить себя тем, кого завтра не захочется видеть? Лучше быть одному.

Час настал. Несколько дней ожидания дали свои плоды: лето уходит в запой, на его замену приходит осень. В городе последние дни тепла и счастья — они захотела этим воспользоватся. Пришло сообщение, что девушка на месте и уходить домой в ближайшее время не собирается — значит есть пара часов. Вошел в подъезд, приблизился к двери. Ключ давно был у них, получить его оказалось не сложно. Открыл дверь, вошел. Когда входишь в чужую квартиру — как-будто посещаешь иной мир. Все в ней тесно связанно с хозяином, каждая мелочь поставлена на определенное место по своей причине.

Начал искать в книжном шкафу, но слишком быстро переключился с поиска ценностей на разглядывание книг. Сборник Марио Пьюзо, девушка любит сицилийскую страсть и гангстерские детективы. Эльчин Сафарли — чувственная, возможно, часто грустит. Рядом — Вишневский, они с Сафарли хорошие знатоки женщин, вопросов нет. На одной из книг закладка на фразе «Есть люди уютные, как дом. Обнимаешь их и понимаешь — я дома». Интересно, был ли у нее когда-то настоящий дом?

На столе бутылка вина Tour de Mandelotte и два бокала. Один из них чистый, нетронутый. Второй — с остатками вина. Что это значит? Возле вина притаилась шоколадка, его любимая, с цельными орешками. Он не удержался и попробовал кусочек, в этом всегда сложно себе отказать. В сервизе всего по 2 штуки: 2 бокала, 2 кружки, 2 стакана для виски, две глубокие тарелки, две больших и две средних. Но за месяц, что за ней следили — она ни с кем из мужчин не встречалась. Неужели просто ждет кого-то, неизвестного, кто еще не знает, что станет ее судьбой?

В квартире небольшой бардак, она явно не планирует возвращаться с кем-то. Возле кровати разбросано куча вещей и вешалок. Ходить в одиночку, не обращать ни на кого внимания, приходить в одно и тоже место ради чтения книги и… перебирать кучу одежды? «Девушки» — подумал он. Что тут поделать.

Чем больше он разглядывал ее вещи, чем больше он был в ее квартире — тем сильнее он забывал, зачем вообще пришел. Он окунулся в чужой мир и тот оказался ему настолько близким, что уходить уже не хотелось. На балконе он нашел старый потрепанный граммофон, несколько пластинок, большую кружку от чая, плед и незакрытую книгу. Плевать на все меры безопасности, до боли в груди захотелось послушать последнее, что она включала. Сел на кресло. Включил музыку и закрыл глаза. Это был блюз 60-тых, так богат на чувства в каждой ноте. Ничего лучше этого он не слышал.

Пришло сообщение, что девушка возвращается. Рай окончен. У него есть 20 минут, чтобы найти нужные вещи и уйти навсегда. В голову полились разные мысли, о деньгах, которых нет, о будущих богатствах, которые будут, если он сейчас сделает нужное. Но когда в голову закрадывается сомнение — это уже конец, это уже безнадежно. Борясь с собственным чувством жадности, со своим разумом, сердце даже не приводило свои аргументы. Это как в сорре мужчины и женщины: он приводит свои аргументы, высказывает точку зрения и строит логические умозаключения. А ей просто противен его голос…

Сердце повлекло его найти ручку и листок. Сердце само написало на нем текст. Сердце выключило граммофон, убрало все за ним, закрыло дверь и запретило брать что-либо из ценностей.

Когда девушка вернулась, на столе ее ждала записка: «Позволь стать твоим домом. Я позвоню, как только решусь».